Занимательные опыты по физике

Тепловые явления

1.Внутренняя энергия

Сделайте около 50 интенсивных ударов молотком по ненужному железному предмету. Проверьте на ощупь изменение температуры металла и молотка. Объясните явление.
Положите монету на кусок деревянной доски и энергично потрите ее, прижимая к поверхности, в течение нескольких минут. На ощупь проверьте, как изменилась температура монеты. Объясните результат.

Способы изменения внутренней энергии тела
Возьмите новый полиэтиленовый пакет, убедитесь в отсутствии в нем дырок. Ополосните пакет внутри теплой водой так, чтобы остались капли. Герметично привяжите его к наконечнику велосипедного насоса. Энергично накачайте воздух в пакет, чтобы он лопнул. В воздухе появится туман. Объясните наблюдаемое явление.
Измерьте домашним термометром температуру воды, налитой в банку или бутылку. Плотно закройте сосуд и 10–15 мин интенсивно встряхивайте его, после чего вновь измерьте температуру. Чтобы исключить передачу тепла от рук, наденьте варежки или заверните сосуд в полотенце. Какой способ изменения внутренней энергии вы использовали? Поясните.
Возьмите резиновую ленту, связанную кольцом, приложите ленту ко лбу и запомните ее температуру. Удерживая резину пальцами руки, несколько раз энергично растяните и в растянутом виде снова прижмите ко лбу. Сделайте вывод о температуре и причинах, вызвавших изменение.

2.Теплопроводность
Оберните толстый гвоздь или металлический стержень полоской бумаги в один слой. Подержите над пламенем свечи до момента возгорания, засеките время. Объясните, почему бумага загорелась не сразу. (Разгадка опыта – в хорошей теплопроводности металла; со стеклянной палочкой подобный опыт не удался бы.)

Подберите ложки из разных материалов (алюминиевую, мельхиоровую, стальную, деревянную и т.д.). Опустите их наполовину в сосуд с горячей водой. Через 1–2 мин проверьте, одинаково ли нагрелись их ручки. Проанализируйте результат.

Приготовьте в морозилке лед. Сложите его в целлофановый пакет и оберните пуховым платком или обложите ватой. Можно дополнительно завернуть в шубу. Оставьте этот сверток на 5–7 ч, затем проверьте сохранность льда. Объясните наблюдаемое состояние. Предложите дома способ сохранения замороженных продуктов при размораживании холодильника.

Используйте свои руки как термодатчики – обследуйте окружающие вас предметы. Найдите самые холодные на ощупь, сделайте вывод об их теплопроводности. По своим ощущениям составьте список веществ, обладающих разной теплопроводностью, от самой хорошей до самой плохой.

Вскипятите воду в бумажной коробочке

Для этого приготовляют из бумаги простую коробочку, какую сумеет сделать всякий школьник, и подвешивают ее на четырех нитках к деревянному стержню, установленному горизонтально на приличной высоте, после чего в этот импровизированный сосуд наливают воды и помещают его над пламенем спиртовки. Через несколько минут вода начинает кипеть, испаряться, между тем бумага остается невредимой, поскольку вся прибывающая к ней от пламени теплота поглощается жидкостью и идет всецело на перемену ее состояния - превращение в пар. Во время опыта не мешает под коробкой ставить глубокую тарелку, куда могла бы стекать вода в случае каких-либо неудач. Бумажный сосуд должен быть нагреваем таким образом, чтобы пламя касалось только тех частей, которые находятся в соприкосновении с водой. В противном случае он немедленно загорится.
При выполнении эксперимента соблюдайте осторожность. Проводите эксперимент только с разрешения родителей.

Приготовьте три одинаковых кусочка льда, один из них заверните в фольгу, второй – в бумагу, третий – в вату и оставьте на блюдцах в комнате. Определите время полного таяния. Объясните разницу.

3.Конвекция

Проведите исследование конвекционных потоков в одной из комнат своей квартиры. В качестве индикаторов воздушных потоков используйте горящую свечу. Нарисуйте схему движения потоков. Дополните исследование измерением температуры. Если центральное отопление не работает, проведите исследования на кухне до и во время работы газовой плиты.
Пронаблюдайте конвекцию в холодной и горячей воде, используя в качестве красителя кристаллы марганцовки, каплю зеленки или любые другие красящие вещества. Сравните характер и скорость конвекции и сделайте выводы.
Используя заранее приготовленный в холодильнике лед, металлическую кружку или маленькую кастрюльку с крышкой (вместо крышки можно использовать блюдце или тарелку), выясните, как быстрее остудить горячую воду в сосуде: ставя его на лед или положив лед на крышку? Лучше проводить опыт с двумя одинаковыми сосудами, если же их нет, фиксируйте остывание через одинаковые интервалы времени.
Из фольги изготовьте турбину или спираль. Строго определите центр тяжести, для этого добейтесь равновесия заготовки на иголке. Подвесьте за центр турбину на проволоке так, чтобы она могла вращаться. В подвешенном состоянии держите турбину или спираль над пламенем свечи, горящей лампочкой или газовой горелкой, соблюдая осторожность. Добейтесь вращения, объясните причины наблюдаемого явления.

4.Излучение

Используя настольную лампу и комнатный термометр, измеряйте температуру под лучами лампы в различных точках, постепенно приближаясь к ней. Время измерения должно быть одинаковым, например, 5–10 мин. Постройте график зависимости температуры от расстояния, сделайте вывод.
Проверьте поглощающую способность веществ. Положите термометр под лист белой бумаги или ткани и пронаблюдайте в течение определенного времени за изменением температуры, затем замените белый лист на черный и проделайте то же самое. Проанализируйте результаты и объясните наблюдаемое.
Найдите дома две одинаковые белые чашки, одну снаружи покрасьте гуашью или акварелью в черный цвет. Налейте в каждую одинаковое количество горячей воды и проверьте, в какой из них вода остынет быстрее. При наличии термометра результаты подтвердите измерением температуры, укажите время и примерный объем воды.

Папа Карп- Алексей Карпов "Мой опыт семейного обучения"

Данная статья написана весной 2006 года. В ней я кратко ответил на основные обычные вопросы, которые задают мне. То есть эту статью можно использовать для краткого исходного ознакомления с темой. Оба моих сына давно закончили школу и оба уже получили высшее образование. Учились сыновья в ВУЗах успешно, сейчас оба они работают в соответствии со своей профессиональной квалификацией. Дочка тоже успешно окончила школу, сейчас она работает дизайнером на компьютере и думает о дальнейшем образовании.

* * *

Уже 12 лет я учу своих детей (их у меня четверо) по форме семейного обучения. Первоначально этим занимались я, моя жена и моя мама. но в 1999 году моя мама умерла, а бывшая жена со старшей дочкой уехали жить в другой город. Поэтому последние 7 лет я организую для троих моих младших детей этот процесс один. Сейчас сыновья учатся в 10-м и 11-м классах, младшая дочка – в 4-м классе.

Все началось с того, что мы были крайне не удовлетворены результатами обучения старшей дочери в первом классе. При почти отсутствии приращения знаний к концу учебного года она получила нервное переутомление и набралась отрицательных привычек. поэтому мы стали учить ее дома сами, оформив семейное обучение. и увидели, насколько это легче, веселее и эффективнее, а потом и остальных детей стали учить так же – каждого прямо с первого класса.

Для нас важнейшими преимуществами семейного обучения стали:

- Возможность существенно снизить учебные нагрузки на ребенка и, соответственно, освободить ему время и силы для занятий спортом, музыкой , рисованием, чтением, для прогулок и посещения театров, для интересного общения и многого другого;

- Возможность сосредоточить усилия на усвоении базовых, системноважных знаний и не тратить время и силы на вещи неважные, второстепенные, чисто эклектические или случайные;

- Облегчение нагрузок, связанных со школьным обучением, для семьи в целом (по времени, по силам, по финансам, по эмоциям…);

- Возможность индивидуального подхода;

- Возможность решить проблему психологической комфортности обучения для ребенка, учесть его интересы, настроение, самочувствие, другие занятия;

- Уменьшение отрицательного влияния среды сверстников (имеются в виду негативные культурные проявления, стереотипы массовой культуры, уход от традиционных духовных ценностей – то, что во многом характерно для современной детской и подростковой среды).

Дети, конечно, с энтузиазмом поддержали эту линию. Перед каждым учебным годом я их спрашивал, хотят ли они ходить в школу или хотят учиться так, как мы учимся. Принимая решение учиться дома, мы все вместе (в том числе и дети) брали на себя определенную ответственность. При этом я имел в виду, что дети в любой момент могут захотеть пойти в школу или к этому могут вынудить жизненные обстоятельства. Старшая дочка захотела ходить в школу с 7-го класса и далее училась обычным образом. Ее успеваемость снизилась, но ей нравилось «тусоваться» и не очень заботиться о своих знаниях. Младший из сыновей занялся туризмом и захотел ходить в ту школу, на базе которой строилась эта туристическая работа – опять же, для общения, для участия во всем ходе школьной жизни и в туристических мероприятиях. Он учится там с 9-го класса – на одни «пятерки», адаптировался быстро и хорошо.

С самого начала мы с женой были единодушны в деле семейного обучения. По образованию я физик, а она музыкальный педагог. Так что мы чувствовали себя в силах обучить наших детей программе начальной школы. Да и программе более старших классов. Моя мама отнеслась к нашей идее с сомнением, но все равно помогала учить старшую дочку. Другие близкие родственники отнеслись тоже настороженно, но активно против не выступали. Основные возражения были двух типов: А) «так не делается, потому что так делать не надо»; Б) «дети вырастут асоциальными». Я же ссылался на то, как Лев Толстой описывал в «Войне и мире» и других своих книгах дворянское воспитание и то, как подросшие дети дворян учились потом занимать свое место в обществе, становиться социально активными людьми.

Слава Богу, дети асоциальными не выросли. Они хорошо вписываются в коллективы (секции, туризм, школа, другие групповые мероприятия) и нормально строят отношения с людьми. Я всегда уделял этой теме достаточно внимания. Конечно, бывают в этой сфере трудности и проблемы, но они принципиально не отличатся от того, что бывает у детей, посещающих школу. Но, с моей точки зрения, при семейном обучении их решать легче, так как я могу влиять на большее число факторов.

Фактором, существенно облегчающим организацию семейного обучения у нас, была определенная семейная традиция хорошей учебы во многих поколениях. Дело тут, по-моему, не только в способностях, но и в определенном «духе семьи».

Также существенным моментом было то, что мы много внимания уделяли всестороннему дошкольному развитию. Поэтому к школе подошли с хорошей базой.

Мои основные принципы: облегчать детям учебу и создавать условия для свободного, творческого развития. В первую очередь меня заботит то, чтобы они выросли людьми духовными, ответственными, интеллектуально развитыми, внутренне свободными, добрыми, разносторонними, умели бы учиться, умели бы принимать самостоятельные решения и отвечать за них, были бы здоровыми, физически развитыми, психологически устойчивыми. В то же время, я учу их учитывать стандарты и формальные подходы, во многом принятые в обществе, с тем, чтобы «вписываться» в них, не входя в конфронтацию. Для меня знания, конечно, важнее оценок. Но умение предъявить свои знания в той форме, которая сейчас является государственным нормативом, тоже важно, это часть умения социально адаптироваться.

Я говорил своим детям так: «Читать, считать и писать вы выучиться обязаны. Без этого в обществе не прожить. А все остальное – на ваше усмотрение». Но одновременно я объяснял, какие преимущества дает образование в плане внутреннего развития и в плане внешних возможностей. Я предлагаю им самим решать, насколько глубоко они будут изучать тот или иной предмет (минимум определяется исходя из требований сдачи экзаменов в школе).

Условно я выделил три группы предметов.

Первая группа – это предметы, которые необходимо изучать регулярно, из класса в класс, иначе потеряется «связующая нить» и далее их учить будет очень трудно. Это математика и русский язык, в более старших классах к ним добавляются английский язык, физика, химия, черчение. Во всех этих предметах я стараюсь давать связные, системные знания базовых принципов, базовой информации. И не стремлюсь ни к усложнению программы, ни к обязательно отличным оценкам. Главная задача – дать базу, основу, глубоко это все понять осознать, прожить, прочувствовать.

Вторая группа – это те предметы, где разные части курсов не очень обязательно связаны друг с другом и поэтому могут изучаться независимо, с большей или меньшей глубиной. Это чтение, литература, природоведение, история, география, биология, частично английский язык. Так, например, мы одну книгу можем читать внимательно, обсуждать ее, писать по ней серьезное сочинение, а другую – просто прочитать и сдать, поскольку это требуется программой. Здесь для детей больше свободы выбора. Я также здесь более свободен, выбирая материал для занятий. Главная задача – всесторонне дать представления о различных областях знаний.

Третья группа – это музыка, физкультура, рисование, труд, ОБЖ, компьютер… Развитие соответствующих навыков мы осуществляли путями, не связанными со школьной программой. Для перевода из класса в класс эти предметы не обязательны, поэтому мы их вообще старались не сдавать, делая это только для аттестата в минимально необходимом объеме. Мои дети все эти годы занимались спортом в секциях и дома (гимнастика, дзюдо, скалолазание, туризм, стрельба из лука, легкая атлетика), посещали художественные, музыкальные, хоровые, танцевальные и иные занятия. Компьютер осваивают сами – при помощи знакомых. Знания, преподаваемые в курсах ОБЖ, я им доношу по ходу жизни. Умение мастерить, строить, работать инструментами и т.п. мы с мальчишками осваивали в делах по дому и на даче. То же касается и умения готовить, шить и т.п. Работая в качестве художника, я привлекаю к этому моих детей – они являются соавторами многих моих картин, книг и развивающих игр, помогают организовать выставки, делать сайт в Интернете, мы вместе раскрашиваем стены в квартире и т.д.

С другой стороны, я могу разделить все виды наших учебных занятий на две группы: то, в чем я компетентен, и то, где моя профессиональная компетенция относительно невысока. Физико-математическое образование дает мне, конечно, преимущества в преподавании математики, физики, химии, природоведения. В области остальных предметов мои знания гораздо слабее. Поэтому здесь я больше ориентируюсь на материалы учебников и при необходимости советуюсь с учителями из школы или другими людьми. Но в целом линию обучения все равно вырабатываю сам.

При возможности я использую помощь других людей. Так мои дети подружились с учительницей биологии из нашей школы, и она занималась с ними довольно много, а я этого уже не касался. В разные годы нам немного помогали разные специалисты по английскому языку. Если бы у меня была возможность оплачивать такую помощь, то я бы гораздо активнее использовал такой вариант, особенно в области английского.

Как строится наш учебный процесс?

Предметы мы изучаем не сразу все, а по 1-2 (максимум 3) параллельно. Сдав одни, беремся за изучение следующих. Обычно одновременно мы изучаем точный предмет и гуманитарный (например, математику и историю). Предварительно я выясняю у учителя по каждому предмету, каким образом будет проходить аттестация, каковы требования, получаю набор заданий, которые дети делают дома (сочинения, чертежи, конспекты, задачи). Зачеты и экзамены дети сдают индивидуально или прямо с классом (контрольные, диктанты).

Принципиально важным моментом являются хорошие отношения с администрацией школы и учителями. В той школе, где старшая дочка оканчивала первые 3 класса, эти отношения сложились не очень удачно, что существенно осложняло весь процесс. После этого мы перешли в другую школу – ту, к которой мы относимся по месту жительства. И туда же определили всех остальных детей. Здесь администрация и учителя отнеслись к нашему семейному обучению лояльно и доброжелательно, идут навстречу во всех конкретных вопросах режима сдачи экзаменов, всегда дают необходимые консультации, разъясняют детям те вопросы, которые я почему-либо не смог объяснить хорошо. Особенно это важно оказалось для меня, когда я остался один воспитывать и учить троих детей, так как тратить время и силы на сложные организационные вопросы я просто не в состоянии.

Я всегда стараюсь минимизировать количество необходимых посещений школы для сдачи зачетов и экзаменов (для экономии времени и сил – моих, детей и учителей). При этом я ориентируюсь на тот график, который удобен учителю. Иногда дети сдают экзамен за весь курс целиком, но обычно это делается по частям. В младших классах я обычно сам присутствую при этом. В дальнейшем дети постепенно приучаются сами ходить на экзамены. В 10-ом и 11-ом классах мой старший сын уже в основном самостоятельно решает с учителями все организационные и учебные вопросы, я подключаюсь лишь эпизодически.

С самого начала моя линия была такова: научить детей учиться самостоятельно. С первых классов я объяснение материала перемежаю с предложениями прочитать какую-то информацию по учебнику. В более старших классах дети многие предметы изучают, просто читая учебники, а я лишь помогаю им понять главное, обобщаю с ними материал перед экзаменом, выявляю слабо понятные или случайно пропущенные важные моменты. В области точных наук делаю акценты на решение задач – в основном из учебника. В старших классах я уже только отвечаю на вопросы, если они возникают, а учатся они абсолютно сами, без какого-либо организующего воздействия.

Дисциплина у нас «мягкая». Я не пытаюсь четко регламентировать процесс учебы, всегда уважаю занятия детей другими делами, которые они считают важными (игры, творчество, прогулки с друзьями, интересные мероприятия). Но в какие-то моменты предлагаю «собраться» и работать сосредоточенно – пусть 2-3 урока в день, но с хорошей концентрацией, интенсивно, с правильным отношением. Иногда стараюсь мягко уговорить, иногда требую достаточно жестко – по ситуации.

Не могу сказать, что процесс всегда идет мягко. В 6-ом, 7-ом и частично 8-ом классах сыновья временами не хотели заниматься, «тянули время», буянили и скандалили. Весьма велико за эти годы число разорванных тетрадей и учебников, сломанных ручек и карандашей, линеек и даже стульев – мой старший сын очень эмоционально выражал свое несогласие со школьной программой или со сложностью задания. Не всегда и мне удавалось сохранить спокойствие при этом. В конце учебного года, когда сыновья учились в 8-м классе, я почувствовал, что у меня кончились все душевные силы заставлять и уговаривать их, и просто оставил их в покое. И о чудо! Они стали гораздо серьезнее и самостоятельнее учиться. В 9-ом классе у них у обоих проявились очень высокие интерес и целеустремленность в учебе. Младший сын реализует эти качества в школе, а старший даже смог перепрыгнуть через класс» - за два года освоить программу трех классов (чтобы иметь возможность до 18-ти лет поступать в институт; в пятом классе я его планово оставлял на второй год – по причине очень сложной семейной ситуации, и далее сыновья учились в одном классе). Так что мне удалось «дотянуть» до того момента, когда они повзрослели, и заложить хорошую базу.

Если говорить о старшей дочке, то она всегда относилась к учебе достаточно прохладно, но материал усваивала легко и быстро, особенно в области гуманитарных дисциплин.

Зато она была очень самостоятельной с раннего возраста. В 5-м классе она сказала, что ей стыдно, чтобы я ходил в школу к учителям договариваться об экзаменах, и далее все это взяла в свои руки, а я только изредка по телефону наводил справки.

Младшая дочка учится без особого энтузиазма, но достаточно старательно, причем от класса к классу ее интерес возрастает. Тут играют роль и мой большой опыт, и помощь и пример братьев, и ее довольно послушный и спокойный характер. На данный период учить ее очень легко, главное – создавать ей мягкую эмоциональную обстановку.

Время ежедневных занятий у нас в начальной школе обычно 1-2 урока по 30-50 минут. Иногда 3 урока в день. Этого более чем достаточно, даже при том, что сентябрь и май у нас из учебы традиционно в начальной школе выпадают, а зимние и другие каникулы растягиваются примерно вдвое. Бывают перерывы и просто в связи с разными жизненными обстоятельствами.

В средних классах мы с сыновьями занимались по 2-3 урока в день, частично они работали самостоятельно. Продолжительность уроков и их место в течение дня широко варьировались. Обычно я за урок (или за 2-3 последовательных урока) старался пройти какой-то завершенный кусок материала или просто ориентировался на утомление детей.

В каких-то случаях (например, написание сочинения) требовалось многочасовое «погружение» или вообще особый ритм творческого процесса.

Степень интенсивности занятий у нас никогда не бывает равномерной. Иногда мы «бросаемся с места в карьер» - в первые же уроки знакомства с новым курсом стараемся охватить его ключевые моменты, хотя бы бегло, но масштабно увидеть весь материал. Иногда, наоборот, движемся «черепашьим шагом», потихоньку делая небольшие задания, совсем не напрягаясь. Бывает, что за 2-3 дня до экзамена начинается «свирепый интенсив» - все другие дела откладываются и мы с утра до вечера с небольшими перерывами погружаемся в занятия (это может происходить и на улице – в мае часто бывает подходящая погода). Средний, наиболее обычный вариант, конечно, – это обычный «бодрый ритм», когда мы спокойно работаем, не перегружаясь и не «валандаясь».

Я вообще принадлежу к типу интуитивных педагогов. Выбор формы занятий, интенсивности, конкретных методов, тем и режима я осуществляю по ситуации – интуитивно, по вдохновению, по настроению (своему и детей). Мы всегда свободно устраиваем выходные. Но я всегда имею в виду четкую задачу: в течение учебного года все основные знания должны быть усвоены, все экзамены – сданы, системность и целостность всего процесса воспитания и обучения – осуществлены.

Занятия я (за редким исключением) не готовлю заранее, а уж тем более жестко не планирую. Практически всегда это импровизация по ходу процесса. Такой подход существенно экономит время, но требует высокой концентрации и ясной головы. Я слежу за состоянием понимания ребенка и каждый следующий шаг делаю исходя из предыдущего. Время урока – это время сосредоточенной, высокоэффективной работы и для меня, и для детей. Именно такое состояние я считаю важнейшим для умения учиться. Я приучаю детей хорошо выполнять работу за малое время – пока не устали.

Я всегда объясняю детям, для чего они учат тот или иной предмет, что это знание дает в жизни. И всегда говорю о том, что любая учеба – тренировка интеллекта. Даже не очень интересные предметы тренируют наш ум. Я учу детей видеть, чувствовать интерес во всех предметах, стараюсь сформировать у них осознанную и ответственную позицию при изучении любого материала.

Я полностью отложил формальные моменты обучения как несущественные. Мне не близок подход «от формы к сути». Мне ближе так: «главное – понять суть, а форму потом можно любую освоить». Я не трачу время уроков на оформление тетради, записи решения задач, очевидные подсчеты (если это уже освоено) и т.п. Перед экзаменами мы за день-два учимся оформлять в соответствии с принятыми нормами. За полчаса можно «начерно» решить десяток задач (иногда достаточно, чтобы ребенок просто правильно определил ход решения), а при «аккуратной» записи за это время удастся решить 1-2 задачи. Вот и повышение эффективности использования времени в 10 раз. Умение оформить ход решения аккуратно и понятно для проверяющего формируется естественно. И я всегда объясняю детям: главное – это правильно решить задачу, а уж как это записать – дело второстепенное, даже если за это снизят оценку немного.

Экзамены в школе мои дети сдают обычно на «пятерки», изредка бывают «четверки» (за исключением русского языка у старшего сына – для него это очень трудный предмет; здесь «четверка» – это удачная оценка). «Тройки» бывают очень редко. Но я всегда ориентирую детей, что оценки – это не важно. Главное – знать и уметь. А еще важно уметь показать свои знания и умения в непривычной для них школьной обстановке, в условиях сжатого времени и стандартных требований. А уж какая оценка при этом получится – не столь важно. Хотя «пятерки» получать, конечно, приятно. Несколько раз им занижали отметки – «на всякий случай» (с «пятерки» на «четверку»), но это было очень редко. И я никогда не оспаривал эту ситуацию, считая, что это профессиональное право учителя, а нам, по сути, это не очень важно.

В процессе занятий я заметил, что те качества и навыки, которые традиционно формируются на уроках чтения, литературы и русского языка, могут успешно формироваться иными путями – за счет чтения большого количества хороших и интересных для детей книг и за счет собственного литературного творчества детей (стихи, сказки, песни). Поэтому я соответственно перераспределяю усилия по этим предметам: уменьшаю количество специальных уроков и создаю условия для чтения и творчества. Например, я на неделю освободил дочку от учебы, когда она «взялась» за «Мастера и Маргариту» (старший сын читал эту книгу по программе) – чтобы она могла «погрузиться» в чтение. Одно время я вместо традиционных упражнений давал детям переписывать любые (на их выбор) куски из их любимых книг («Властелин колец», Виталий Бианки, мои «Солнечные сказки»). В нашем случае такой подход оказался очень эффективным.

Меня часто спрашивают, как я один успел все это. Ответ таков: я шел по пути оптимизации, экономии времени и сил, сосредоточения на главном. Оптимизация для меня заключается в более простом и естественном подходе. По-моему, гораздо проще объяснить материал ребенку, когда он хорошо выспался, спокойно встал, «распросонился», поел, сделал какие-то важные и интересные для него дела (возможно, даже сочинил песню, глядя на восход в небе), а уж потом сел на занятие - готовый, в хорошем настроении, с чувством ответственности. Тогда за одно такое занятие мы можем пройти и понять очень много и глубоко. Другая сторона – ребенка надо учить себя «настраивать», а не просто плыть по течению своих желаний и настроений. Но все же я в первую очередь стараюсь «ловить» моменты, когда ребенок может заниматься легко и высокоэффективно, и способствовать созданию таких его состояний.

Есть у меня еще такая «фишка». Я люблю иногда, между делом, даже не на уроках наших, а просто как-то в течение дня немного сказать о том, что мы будем изучать потом – через месяц, через год. И немного рассказать суть этого или обсудить какой-то отдельный вопрос (минуту или 10 – по настроению ребенка). Иногда так я даже целые большие темы объясняю (если «пошло»). Это как бы «мостики в будущее». Потом этот материал изучать гораздо проще.

Вообще очень многие вещи я объясняю и обсуждаю как бы «вскользь», среди других занятий: на прогулке, в транспорте, за едой, при обсуждении каких-то других тем… Я просто имею в виду перспективную программу обучения (на этот класс и на много классов вперед) и при случаи «вворачиваю» в разговор что-то в небольшой дозировке. Тут мы не то что устать, мы не успеваем даже сообразить, что мы «учимся». А потом на специальных уроках это остается только «отшлифовать», сделать устойчивым навыком. Но при этом я не стремлюсь «гнать лошадей» и идти с существенным общим опережением программы. Но если это в каких-то темах или курсах происходит естественно, то, конечно, не торможу.

А уж если что-то можно изучить в игре – так и вообще здорово! Так мои сыновья обучили младшую дочку сложению и вычитанию в пределах тысячи просто в ходе какой-то игры, где надо было считать очки. Причем они играли сами, а ее взяли «за компанию». Я про это даже не знал, а обнаружил много позже, когда собрался ее учить считать в пределах ста. Вот и облегчение процесса всем!

Фактически, в нашей семье сложился особый образ жизни. Постепенно я из физика-исследователя стал педагогом широкого профиля (это началось еще с дошкольного периода, когда в силу жизненных обстоятельств мне пришлось много заниматься с детьми; конечно, такой моей профессиональной переориентации способствовал и склад личности). Со временем я смог оказывать разнообразную педагогическую помощь уже и не только своим, но и другим детям и подросткам, а также их родителям. Одновременно я развивал такие направления своей деятельности, как сочинение сказок (устно и в виде книг) и рисование, живопись. Во все эти виды моей работы я привлекал и привлекаю своих детей. Это стало одной из ее основ. Я всегда строю процесс так, чтобы и дело шло, и чтобы дети учились реально работать, осваивать структуру и способы реального творческого процесса, направленного на решение реальных (а не чисто учебных) задач из жизни: мы вместе создавали «настоящие» картины, «настоящие» книги и развивающие игры (которые издаются и приносят пользу многим), вместе помогали детям и взрослым решать учебные и психологические проблемы.

Конечно, в разных ситуациях участие моих детей различно. Что-то мы делаем вместе, что-то обсуждаем, что-то согласовываем. В ходе их роста и взросления меняются их интересы, соответственно меняются и виды, и способы нашей совместной деятельности. Например, несколько лет мы очень активно все вместе делали картины, организовывали выставки, а теперь моим детям это не интересно, они занимаются теперь творчеством самостоятельно и в других формах. А еще раньше мы делали книгу «Солнечные сказки» и серию развивающих игр.

Когда меня спрашивают о главных проблемах, возникающих при семейном обучении, то я думаю о финансах. Реально очень трудно уделять много времени, внимания, душевных и физических сил воспитанию и обучению своих детей и одновременно зарабатывать достаточно денег. По крайней мере, я не сумел за прошедшие годы радикально решить эту проблему. Если бы не существенная финансовая помощь некоторых моих родственников и друзей, то я вряд ли смог бы столько лет учить детей дома и создавать им такие условия для развития. Но моя ситуация «крайняя» - я один на троих детей, к тому же у меня существенные проблемы со здоровьем. Когда мы начинали этот процесс 12 лет назад, все было в этом плане много легче.

С другой стороны, ко мне обращались за советом и помощью несколько семей, где были очень хорошие финансовые условия и другая пропорция взрослых (двое или трое на одного ребенка), но процесс семейного обучения нормально организовать не удалось. Поэтому все же главное, как мне кажется, заключается в общем состоянии семьи и способности ее взрослых членов к педагогической деятельности (не только узко по предметам, но и в широком, системном смысле).

Насколько я могу судить, очень важно, чтобы обучающий своего ребенка родитель сам интересовался той темой, которую преподает. Если он просто «вещает с высокой башни» или «выполняет свой родительский долг, стиснув зубы от отвращения к предмету», то эффективность такого процесса не высока. Если же родитель и сам учится вместе со своим ребенком, то он может и не иметь особых профессиональных знаний по предмету, а просто помогать систематизировать и организовывать весь процесс. Так я изучал вместе со своими детьми многие разделы истории, географии, биологии – то, что успел забыть с тех пор, как учился сам в школе. Мы просто читали вместе учебники и разбирались.

С другой стороны, очень важно, чтобы у родителя и ребенка был хороший психологический контакт. Где этого нет, там не помогает ни дисциплинарные меры, ни высокий уровень квалификации взрослого в том или ином предмете. Для меня умение понять ребенка – одна из важнейших основ всей моей педагогической деятельности.

Мне кажется, что если думать о том, чтобы учить родителей, как организовывать семейное обучение, то акцент надо сделать на системно важных вещах: психологической грамотности, умении понимать и чувствовать детей, творческой смелости, свободе от привязанности к традиционным для школы методам, умении учиться вместе с детьми. А методики и приемы обучения и специальные знания по предметам люди могут осваивать «в процессе» – самостоятельно и разнообразно. Мне кажется, что нужны не методические пособия, а что-то вроде популярной литературы, ориентированной не только на профессиональных педагогов, но и на людей совершенно другого склада и образования. При этом, разумеется, можно и нужно использовать и методы обычной школы – в том виде, в котором они «вписываются» в семейное обучение.

По-моему, имеет большой смысл разумная пропаганда семейного обучения – что это возможно в принципе и как его грамотно осуществлять. В частности, стоит развеивать расхожие стереотипы типа: «в школу надо ходить, а иначе человеком не вырастешь», «только в школе человек может социализироваться», «учить детей могут только профессиональные педагоги», «если человека не заставлять регулярно делать что-то, то он не сможет научиться дисциплине», «чем больше времени ребенок тратит на занятия, тем лучше» и т.п.

Я полагаю, что семейное обучение под силу многим семьям, но в масштабах общества это всегда будет небольшой процент, поскольку требует особого образа жизни семьи, определенных свойств личности родителей и уровня их образования. Но для огромного числа родителей имеет огромный смысл обучение умению помогать детям учиться в школе, то есть, по сути, элементам семейного обучения. Думаю, что решение этой задачи может радикально улучшить национальную ситуацию в сфере образования, причем достаточно быстро и без больших материальных вложений. Книги, Интернет, семинары – простые и эффективные пути для такой работы. Помочь могли бы и СМИ, и установка правительства.

Наверное, представляет интерес то, как сейчас мои дети оценивают то, что они столько лет учились дома. Старший сын считает, что это был и есть оптимальный путь, это максимально соответствует складу его характера. Он высоко оценивает мои педагогические и жизненные усилия по реализации всего данного пути. Второй сын более спокойно говорит об этом: «Я не жалею, что учился дома, и не жалею, что в 9-м классе пошел в школу». По складу своей личности он более склонен к дисциплине и стандартизированным формам – в отличие от старшего сына, который научился быть более дисциплинированным в учебе только, когда вырос и стал понимать, что это необходимо. Для моего старшего сына любой формализм – это существенное препятствие. Поэтому много лет пришлось тратить большие усилия, чтобы помочь ему научится «вписываться» в стандартные рамки школьных требований (сами знания он всегда усваивал хорошо).

Младшая дочка сейчас высоко ценит возможность учиться дома. Главным образом, ей нравиться возможность долго спать утром (а соответственно, поздно ложиться вечером – вместе со старшими братьями) и мало тратить время на уроки, а если тратить, то в очень комфортных условиях (часто она занимается, сидя в постели и устроив там «гнездышко» из одеял, в окружении своих любимых игрушечных кошек и собак; иногда лазает по спорткомплексу – во время устных занятий; даже письменные задания она часто выполняет не за столом, а лежа на ковре или устроившись в каком-нибудь уютном месте).

Сам я оцениваю проделанную в течении этих 12 лет работу по семейному обучению как выполненную хорошо. В целом я удовлетворен тем, как действовал, и результатами. Естественно, я учился педагогике «в процессе», по мере развития ситуации, но в общем это соответствовало задачам каждого периода. Конечно, возможно было сделать все это лучше. Я не считаю, что дал своим детям за эти годы «самое лучшее образование и воспитание». В сложившихся жизненных условиях это было максимум, на что я был способен. И главное: я считаю, что то, как реализовывалась наша ситуация семейного обучения, соответствовало индивидуальному пути развития каждого из моих детей.

Реализация всей этой программы потребовала от меня огромного многолетнего напряжения всех физических, душевных, интеллектуальных, творческих сил, отказа от возможности «делать карьеру», готовности жить в нищете (многие годы мы жили на уровне, в 2-3 раза меньшем минимального прожиточного уровня), способности морально противостоять непониманию многих родных и друзей, уверенности в собственных силах, умения очень быстро учиться абсолютно новым для себя вещам. Конечно, были моменты, когда я падал духом, когда мне казалось, что надо прекращать это дело и жить «как все люди» – детей отправить в школу, а самому целый день работать где-то. Но я понимал, что если отдать детей в школу, то проблем не уменьшится, а, скорей всего, станет больше. Поэтому каждый раз находил силы и решимость продолжать свою линию.

Сейчас, конечно, ситуация стала много легче. Фактически, постоянно я занимаюсь только с младшей дочкой. Сыновья выросли и стали взрослыми и самостоятельными. Я реально сумел научить их учиться, быть дисциплинированными, ответственными, сумел дать им базовые знания, опираясь на которые, они могут продолжать образование.

Безусловно, я не являюсь фанатиком именно семейной формы обучения. Просто так сложилась жизнь, таков был мой выбор в конкретной семейной ситуации. Конечно, в принципе, индивидуальное, глубокое, системное, неформальное, психологически грамотное обучение может реализовываться как в школе, так и дома. Вопрос в том, какая форма больше соответствует личной ситуации ребенка и ситуации всей семьи, и в том, где – дома или в школе – можно это реально осуществить в данный конкретный момент, с учетом всей суммы жизненных факторов.

Лично мне вся эта ситуация нашего семейного обучения была (и есть) интересна не только с точки зрения блага моих детей, но и с чисто исследовательской позиции. Я на практике все эти годы мог изучать, как «устроено» обучение человека. Причем при этом я не привязывался ни к каким заранее известным методам и подходам, а просто разворачивал процесс, опираясь на интуицию, здравый смысл, системный подход и разнообразные конкретные знания в разных науках. Конечно, я во многом «изобретал велосипед». Конечно, многим вещам школьные педагоги, будучи специалистами по конкретным предметам, владеющие различными методиками обучения, имеющие больший опыт, могли бы научить моих детей, в принципе, гораздо лучше. Но для меня, как я уже писал, главное заключалось в системных навыках, глубине базовых знаний, умении учиться, интересе к учебе, возможности кроме школьной учебы делать множество интересных и полезных дел, психологической комфортности.

Главный вывод, который я могу сформулировать для себя, подытоживая 12 лет работы по семейному обучению своих детей, очень прост: дело это хорошее, удобное и естественное. Фактически, идет речь о возрождении на новом витке традиции дворянского образования. Причем в качестве педагога, организующего семейное обучение, может выступать не только родитель, но и приглашенный специалист (при условии, конечно, что ему будет предоставлена определенная свобода действий, то есть родители должны такому человеку доверять, прислушиваться к его рекомендациям, а не просто воспринимать как «человека в услужении»).

Я не вижу никакого противоречии между обычным школьным и семейным обучением. Думаю, что развитие системы семейного обучения и системы индивидуальной работы с детьми в школе – это две формы одного процесса. Сотрудничество родителей и педагогов школы – это очень важно. Именно в этом, как мне кажется, состоит один из мощнейших скрытых резервов развития всей системы образования и воспитания, перехода ее в состояние принципиально нового качества – когда стандарты индивидуализированного, элитного образования и воспитания смогут быть доступны максимально широкому кругу детей и подростков. И я полагаю, что это не утопическая фантазия, а задача, реально достижимая в обозримые исторические сроки.

Образование и семья: проблемы индивидуализации. Материалы Всероссийской научно-практической конференции 20-21 апреля 2005 года, Санкт-Петербург. /Под общей редакцией И.А.Хоменко - СПб. - 2006. - С.176-188.

Как учиться без школы

Фото: из архива Алены Ковалевской

Родителей часто не устраивает то, как организовано обучение их детей в школе. Однако они вправе самостоятельно "организовать школу" для своего ребенка (п. 1 ст. 10 и п. 4 ст. 52 Закона РФ «Об образовании»). Согласно закону учебные программы могут осваиваться в следующих формах: очной, очно-заочной (вечерней), заочной, форме семейного образования, самообразования, экстерната. Северчанка Алена Ковалевская для своих детей выбрала экстернат - домашнее обучение без учителей, одноклассников и парт.

Сейчас ее старшему сыну Александру 10 лет, первые два класса он посещал школу, после чего был переведен на домашнее обучение. Георгию — второму сыну — 7, интенсивный процесс обучения для него начался осенью 2011-го. Алена  по первому образованию философ. Работала частным консультантом по грудному вскармливанию. Трудилась психологом в Северском перинатальном центре. В настоящее время является студенткой Томского базового медицинского колледжа (будущая специальность — акушер) и тренером «Центра сознательного родительства «Озеро», расположенного в городе Томске (ведет партнерский курс — по сути, готовит пап к участию в родах). В ближайшее время собирается начать вести клуб беременных.
— Думаю, что и создание клуба семейного образования не за горами, — говорит Алена. — Потребность в нем уже стоит остро.
— Как пришло решение перевести своего ребенка на домашнее обучение? — Во-первых, я заметила, что Сашик возвращался из школы как выжатый лимон — утомленный, с головной болью. Как потом выяснилось — во время консультации с медиками — это достаточно распространенная реакция ребенка на шум, гам, суету. Во-вторых… Мы же садик не посещали, жили какой-то своей жизнью, и за два года я так и не смогла перестроиться под новый график (улыбается).

Возможно, это такой родительский супер-мега-эгоизм, но когда ребенок уходит на пять часов в школу, потом приходит, и ты проходишь снова школьные задания вместе с ним, чтобы подготовить домашку... Понимаете, на это уходит слишком много времени. Нерационально много.

А когда нам удалось вырваться в путешествие, то по возвращении меня спросили: «Почему вы уехали без нашего разрешения?». Причем спросили довольно строго.  Я была, скажем так, удивлена. Я должна отчитываться. Такова система. Хотя класс у нас хороший, и учитель — хорошая. Честно говоря, на той базе, которую она заложила, мы «выезжаем» до сих пор.
— Алена, как вы решили вопрос об официальном переводе? — Большинство школ в своих уставах имеют такой пункт, как обучение «в форме семейного образования, самообразования, экстерната». Прописать — прописали, а как реализовывается — не всегда знают. И когда я пришла со словами: «Давайте я переведу ребенка на семейное образование», мне ответили: «В такой форме мы не обучаем». Мой естественный ответ: «У вас эта форма обучения прописана в уставе». Это вызвало удивление со стороны руководства школы. Так начался период непонимания, пришлось перевести ребенка из северской школы в томскую (Северск и Томск — города-соседи, расстояние между ними около 20 км, — прим. автора).
Выбрали школу «Эврика-развитие», которая применяет инновационные образовательные методики. В частности, Татьяна Ковалева, один из членов попечительского совета. В настоящее время Татьяна находится в Москве, и одним из направлений, которым она занимается, является образование детей на домашнем обучении.

Однако в "Эврике-развитии" тоже не было ни Положения об экстернате для начальной школы, ни положения о семейном образовании. Я, конечно, предпочла бы последнее, однако понимаю, что сегодня в маленьком городе это практически невозможно.
Сейчас говорить о семейном образовании рано. Настоящий опыт подобного обучения есть только в США. Они уже 20 лет назад ввели подобную практику, через которую прошло около миллиона учеников. В Америке действует Национальный исследовательский институт домашнего образования, издается специализированный журнал. В нашей стране только начали отмечать постепенный рост желающих перевестись на данную форму обучения, особенно среди жителей мегаполисов.
Поэтому неудивительно, что в томской школе полгода не знали, что с нами делать, и мы, по большому счету, не были зачислены ни в одну школу (из одной забрали документы, во второй их взяли, но не оформили). Нас зачислили только тогда, когда приняли Положение об экстернате для начальной школы. Но к этому времени я поняла, что специфика образования именной этой школы меня не устраивает. Именно в этот момент со мной связались из северской школы. Сказали, что за год они поправили устав, приняли необходимое положение, и с удовольствием возьмут нас обратно. То, как нас приняли, как оформили, как решили вопрос о сдаче нами контрольных точек, меня впечатлило. Во всем был полный порядок, четкость и ясность.
А еще Сашика позвали в школу заниматься английским. Он сходил на контрольную точку, познакомился с новым преподавателем (до этого у класса был другой учитель), был им очарован и сказал, что хотел бы ходить к учителю на занятия. И хотя экстернат не предполагает посещение ребенком школьных занятий, администрация сделала исключение.
— То есть — готовить все необходимые бумаги для перевода ребенка на ту или иную, прописанную в уставе школы форму обучения — задача самой школы? — Да, моя задача — написать заявление о переводе. Оформлением всех необходимых документов, предоставлением нужной информации и ведением делопроизводства обязано заниматься общеобразовательное учреждение.
— Получается, что все это сделали специально для вас? — Получается, что да. Школа сразу пошла на диалог, просто на подготовку документов нужно было времени, а у нас его не было.
— Удивительно, обычно в таких случаях говорят: «Не нравится — не держим». — Мы с этим не столкнулись ни в северской, ни в томской школе. Наоборот, нам активно пошли на встречу в обоих учреждениях. Меня это очень сильно впечатлило. А сейчас две мои знакомые мамочки из Томска пытаются перевести своих детей на домашнее обучение — и пока не могут договориться с администрацией. И самое интересное, что в уставах их школ тоже стоит пункт о праве образования на дому.
— Вы написали заявление о переводе ребенка на экстернат? — Да. Опять же в другой школе мама написала точно такое же заявление, но ей ответили, что оно не действительно, и что каждое пропущенное ребенком занятие будет считаться прогулом, и что они обязательно оповестят о поведении семьи органы опеки. Хотя в департаменте образования на вопросы о возможности обучения на дому отвечают совершенно спокойно: «У нас нет положения о домашнем образовании, но вы можете договориться со школой и перейти на форму обучения экстернат».
— Откуда тогда такая реакция со стороны администрации школы? — Потому что они привыкли использовать понятие «домашнее образование» только в контексте больных детишек. Учительница в школе ведет класс, а в классе два ребенка инвалида, и она, отведя уроки в школе, идет к ним домой, и так два раза в неделю. Это на самом деле отнимает очень много сил. И все думают, обучение любого ребенка на домашнем обучении проходит по схожему сценарию. И это пугает, как и то, что школы с подобным никогда не сталкивались. Руководство не понимает, как правильно оформлять документы, как будет проверяться работы. Если на пути перевода ребенка на домашнее обучение возникнут трудности, очень рекомендую обратиться к книге Павла Парфентьева «Без школы. Юридический путеводитель по семейному образованию и экстернату».
— Как вы организовали процесс домашнего обучения? — Саша, по большей части, сам себе учитель, а все, что ему непонятно, я объясняю. У нас есть список того, что мы должны освоить к контрольным точкам. На эти вещи мы просто обращаем больше внимания. Когда открываешь учебники, начинаешь изучать какую-то тему (особенно это касается гуманитарных предметов), то одна тема тянет за собой еще одну, и еще, и еще… В результате получается, что мы очень далеко отходим от программы. Это хорошо с точки зрения широты кругозора. А с точки зрения подготовки к контрольным — не эффективно. Поэтому последний месяц перед сдачей мы четко готовим то, что надо. Но, положа руку на сердце, могу сказать, что при домашней форме обучения изучить все, что нам нужно к сдаче, занимает немного времени. По сравнению с учебой, как минимум, в два раза меньше.
— Есть у вас какие-то сложности в процессе организации домашнего обучения? — Конечно, есть. Во-первых, у меня толком нет системы, и в результате все получается очень хаотично. Во-вторых, накладывается мой истерический характер, и я очень часто готова рвать и метать, если у нас что-то не получается. Благо, Саша самый настоящий подарок — он действительно большую часть программы проходит самостоятельно. Любознательный, усидчивый… Мне в этом плане с ним очень повезло!
Если говорить о системе, то… Я недавно познакомилась с мамочкой, которая сейчас переводит своего ребенка-второклассника на домашнее обучение, вот у нее система так система. А причина для перевода следующая. Они плотно занимались до школы, и в школу пришли с определенным набором знаний, умений и навыков. В классе он у нее блистал, был отличником, победителем и прочее-прочее, но за весь первый класс они потеряли большую часть того багажа, с которым пришли. Парень стал хуже читать. Еще она говорила о том, что учила его размышлять, и у него это получалось, а в школе получаться перестало.
Так вот о системе… Есть стандарт того, что должен ребенок знать и уметь к концу каждого класса. Стандарт закреплен Министерством Образования. Какую методику для этого использовать - выбирает каждая школа, каждый учитель. Эта мама, опираясь на стандарт, выстроила свою систему.
Вторая мамочка переводит ребенка из-за его особенностей в восприятии и переработке информации. Так вот, у нее другая система обучения — к ним приходят репетиторы по основным предметам, они готовят основную базу, а все остальное она берет на себя.
Так что на данный момент нас таких в Томской области (на домашнем обучении в начальной школе) трое, и у каждой — своя система.
В нашей семье, кстати, активное участие в образовании принимает мой папа, Сашин дед. Мне очень нравится его подход — он может разговаривать, а потом выясняется, что в ходе этой беседы ты решил пару-тройку задач, сложив в уме какое-то огромное количество цифр (улыбается).
— У вас те же самые учебники, что и в школе? — Да.
— Если говорить о дисциплине — день ребенка проходит так же, как в школе, только дома? — Нет. До контрольных точек все очень свободно. По мере их приближения мы смотрим, что необходимо подтянуть. Сашик может 3-4 дня заниматься только математикой, а может дни напролет читать, а может с утра уйти во двор и вернуться поздно вечером.
— Сколько у вас контрольных точек, и как часто вам нужно их сдавать?
— По закону, в год человек должен сдавать не больше 12 контрольных точек. Порядок и условия прохождения промежуточной аттестации определяются уставом общеобразовательного учреждения.
— То есть в день контрольной работы он приходит в класс и вместе со всеми ее пишет? — Нет. Учителю государством оплачивается время, которое он посвящает экстерну, часть времени (2 часа) идет на консультацию, часть — на сдачу контрольной точки.
— Вас наверняка упрекали в том, что вы мешаете ребенку нормально социализироваться… — Знаете, я давно считаю подобные вещи мифами современности. Сложно найти ребенка, который не будет самостоятельно социализироваться, который не будет общаться. Я не верю, что для этого нужны какие-то специальные условия.

Да, можно закрыть ребенка в четырех стенах, и у него будут проблемы, но это же не наш случай — ни домашнее образование, ни экстернат этого не подразумевают. Сашик много общается — и со сверстниками, и с педагогами — он посещает различные кружки. Ой, а какие кружки посещает мальчик, который весь первый класс блистал в школе!

Когда я ходила к психологу с младшим — знаете, стандартное посещение психолога и педагога в детской поликлинике — она мне говорила: «Ой, вы зря это делаете, зря не водите его в детский сад, потому что он не будет знать элементарные вещи. Он не будет знать «чувство очереди» (последовательность в выполнении задач, когда несколько людей участвуют в процессе). Пока выполняет один, второй должен подождать, в детском саду этому очень хорошо обучают, а вы как будете обучаться?» Я тогда сильно впечатлилась, пришла домой, отправила мальчишек гулять, а сама стояла и наблюдала за ними из окна — они с горки катаются, вокруг которой, как всегда, толпа народу, и мой младший совершенно спокойно ждет своей очереди. Он не рвется вперед, но и не стоит в стороне в ожидании, что все разойдутся и он спокойно сможет прокатиться.
Или вот с Сашиком спрашивали: «Вот вы будете с ним заниматься, а если вы упустите что-то, чем занимаются с детьми в детском саду? Вот как вы будете проходить с ним, какое животное домашнее, а какое — дикое?» Я, помнится, тогда тоже задумалась. Я не сижу с карточками… Я, на самом деле, не очень опекающая мама. Иногда меня беспокоит мысль о том, что я перевела ребенка на домашнее образование, потому что мне так удобнее. Я с ними, конечно, разговариваю, спрашиваю, хочет ли Саша в школу вернуться. Но как ребенок может принять решение? Это раз. Два — он же воспитывается в любящей семье, ему в ней хорошо, он этим настроением проникается… Как не крути — тем, что я его родила, я ему свое мнение навязываю.
— А на вопрос «Хочешь ли в школу» что он отвечает? — Говорит, что не хочет. А младший такие перлы выдает! В начале сентября в новостях показали друг за другом два сюжета — первый о том, как мужчина в Норвегии расстрелял на острове 74 ребенка, второй — как в одном из детских садов России пришедшая с мамой в сад девочка взяла коробочку, стоявшую у входа, и эта коробочка взорвалась. Тогда Гошик сказал мне: «Мама, и ты хотела, чтобы я ходил в сад?!» Мы с детьми много общаемся, все обсуждаем, но в то же самое время я отдаю себе отчет в том, что их мнение взращено на моем.
— Программа усложняется, что будете делать, когда не сможете помогать ребенку в предметах? — Я серьезно пугалась физики, химии, алгебры, геометрии… Во время общения с другими мамами, о которых я вам сегодня не раз рассказывала, поняла, что школа не всегда может в этом помочь. Во-вторых — при университетах есть кружки, и они дают прекрасную базу по ряду предметов. После этого успокоилась.
— Гоша учится? — Пока он просто сидит дома. Про него у меня есть такая мысль: не водить его вообще в школу, а в 4-м классе привести, чтобы сдал экзамены для промежуточной аттестации. По закону, есть несколько значимых точек, фиксирующих уровень образованности человека. То есть ребенок может прийти в конце 4-го класса для проверки уровня знаний, в конце 9-го и 11-го.
— Алена, вам не страшно было идти впереди планеты всей?
— На самом деле, я пошла по проторенным дорожкам — знакомая в Москве учит так обоих детей, так что я под информационным прикрытием и при моральной поддержке (смеется). С моей точки зрения, перевод на домашнее обучение — это не какой-то акт сложного действия, это как раз движение по пути наименьшего сопротивления. И это меня, опять же, немного пугает — хороший ли пример я подаю своим детям? Пойму со временем. Когда придет мой сын и скажет: «Мама, что ты сделала с моей жизнью?!»
— Может, он будет благодарен за это. Экстернат — это же хорошая возможность уделить больше времени тем предметам, к которым есть склонность…
— Да. Экстернов-подростков старше 12 лет и в Северске, и в Томске очень много. Зачастую это их осознанное решение — быстро изучить все, что им не пригодится,  а в то, что нужно — погрузиться с головой.

Ирина Максимова     26.12.2011 

 http://letidor.ru/

ПЕРВАЯ УЧИТЕЛЬНИЦА – МАМА

Восьмилетний Марк Соловьев, как и большинство детей его возраста, сегодня учится во втором классе. Но южно-сахалинскую школу № 3, в одном из классов которой он числится, мальчик посетил лишь несколько раз и ненадолго – чтобы пройти аттестацию по итогам очередного полугодия. К слову, оценки получал отличные. А первой его учительницей стала мама. В беседе с Ириной Соловьевой я попыталась выяснить основные особенности такой формы обучения, как экстернат. Наверное, многие слышали о ней, но мало кому пришло в голову применить ее на практике. Хотя теоретически право определять, в какой форме будет обучаться его ребенок, есть у каждого родителя. – Мы просто записались в школу, представив обычный набор документов и заявление о выборе формы обучения, – пояснила Ирина. Правда, прежде чем сделать этот выбор, пришлось основательно подумать и взвесить все за и против. Готовы ли к этому вы сами и ваш ребенок? Ведь в этом случае ответственность за качество образования полностью ложится на вас. – Большой плюс такой формы обучения в том, что у нас появляется возможность самим выбирать программу, – вспоминает мама юного экстерна. – Нам с самого начала понравилась программа «Школа-2100», и учебники мы покупали сами. Но если выбрать программу, по которой работает школа, то учебники можно получить там. Кроме того, родители вправе рассчитывать на помощь методической литературы. – Занятия с ребенком провожу я, но Марк очень много занимается самостоятельно, – рассказала Ирина. Как правило, до обеда мальчик выполняет задания по различным предметам, которые дает ему мама. И делает это в том темпе и последовательности, какие удобны ему. Он может начать с математики, затем перейти к выполнению упражнений по русскому языку, потом вновь вернуться к математическим задачам. Длительность самостоятельных уроков чтения и окружающего мира Марк также устанавливает сам. А после обеда они совместно с мамой решают чем заняться дальше. Обычно вместе идут гулять или на какие-то занятия. А вечером, после ужина, посвящают час-другой разбору новых тем по предметам. – Мы занимаемся по плану, не опережающими темпами. Я склоняюсь к тому, что все должно естественно происходить, – поясняет свою позицию Ирина Соловьева. К слову, по образованию она учитель истории. И для того, чтобы преподать сыну предметы начальной школы, приходится немало посидеть, обложившись методичками и учебниками. Трудно? Наверное. Но, как признается Ирина, еще и очень интересно. Она сама старается максимально вникнуть в каждую тему. И ребенок, видя интерес матери, учится с удовольствием. Ирина увлеченно рассказывает об успехах сына, который довольно рано научился читать. Наверное, поэтому уже сегодня можно отметить интересный стиль его сочинений по русскому языку. Правда, избежать грамматических ошибок пока не удается. А еще мальчик проявляет огромный интерес к биологии, животным и постоянно пополняет свой запас знаний в этой области. Мама без всякого смущения признается, что в некоторых вопросах этой науки Марк разбирается гораздо лучше нее. – Думаю, что процент усвоения материала у него выше, чем у среднего школьника, – считает Ирина. – Если я вижу, что сын что-то недопонял, мы всегда дополнительно разбираем эту тему. Обычно у учителя нет возможности подробно разъяснить все каждому ребенку, а у нас есть. Впрочем, такая возможность есть у каждого родителя, независимо от того, в какой форме обучается его ребенок. ПОЧЕМУ НЕ КАК ВСЕ? Идея выбрать для ребенка необщепринятую форму обучения возникла в семье Соловьевых вовсе не из желания выделиться или показать свое негативное отношение к школе вообще. Ирина призналась, что, когда сама училась в школе, у нее были прекрасные учителя и воспоминания об этой поре сохранились очень теплые. Да и учительница, в классе которой сегодня числится Марк, произвела очень хорошее впечатление. Причина, побудившая Ирину Соловьеву самостоятельно заняться обучением ребенка, как мне показалось, кроется чуть глубже уровня обычной логики. Когда Марк ходил в подготовительную группу детского сада, он не проявлял особого стремления стать школьником, какое бывает у многих детей. А несколько раз даже заявил, что не пойдет в школу. При этом любил и любит учиться. – Можно назвать его домашним ребенком, и я не вижу в этом сочетании ничего плохого, хотя часто его произносят с негативным оттенком. Не могу назвать своего сына отшельником, но он явно не экстраверт. Ему всегда было очень комфортно дома. И в какой-то момент я почувствовала, что если поведу ребенка в школу, то это будет какое-то насилие, – пояснила свою позицию Ирина. Стоит сказать, что семья Соловьевых из тех счастливых семей, в которых родители и ребенок много времени проводят вместе. Одна из причин, по которой для Марка была выбрана такая форма обучения, – стремление сохранить этот теплый контакт. – Хочется верить, что это сыграет решающую роль в наших будущих отношениях, когда ребенок вырастет, – говорит моя собеседница. – Многие родители жалуются, что у них нет душевной связи с детьми. И я думаю, что она могла быть потеряна, когда ребенок нуждался в общении и поддержке родителей и не получал их. Наверное, каждому ребенку для сохранения душевного комфорта необходима какая-то обязательная доза родительского внимания. Для всех она разная. А КАК ЖЕ КОЛЛЕКТИВ? Многие упирают на то, что для ребенка с определенного возраста важно нахождение в коллективе сверстников. Супруги Соловьевы нередко слышат вопросы об этом и даже обвинения: вы лишаете ребенка возможности общаться. Но трудно не согласиться с их доводами о том, что школьный коллектив формируется искусственно и довольно жестко, потому и отношения в нем не всегда складываются гармонично. Многое зависит от учителя и его умения сплотить этот коллектив. Не каждому это по силам, а потому и отношения между детьми нередко строятся по законам животного мира: лидирующее положение занимают более крупные и громкие дети, а бывает, и более агрессивные. – Марк достаточно спокойный, без признаков лидера. Он не любит конфликтов и привык уступать. Пока не заметно, чтобы у него была потребность быть в центре внимания, – охарактеризовала своего сына Ирина Соловьева. Она уверена, что общение должно быть ребенку в радость, а если каждый день хочешь не хочешь ты вынужден общаться, это уже перебор. Впрочем, у Марка есть множество возможностей почувствовать вкус общения как со сверстниками, так и с детьми младше и старше него по возрасту. Это не только самостоятельные (под присмотром из окна родителей) прогулки во дворе, но и посещение три раза в неделю секции айкидо и два раза – художественной школы. Дополнительные занятия – своего рода замена школьных уроков физкультуры и рисования. На мой взгляд, очень неплохая. А если еще учесть, что ребенок вместе с родителями совершает пешие и лыжные прогулки, регулярно бывает в бассейне, то таким урокам физкультуры можно только позавидовать. Ирина призналась, что, когда только начала осваивать такую форму обучения, у нее было много сомнений, но затем пришло умиротворение. – Нам очень комфортно, мы чувствуем, что сейчас находимся в гармонии друг с другом и с окружающими, – так она определила состояние своей семьи. Наверное, ради этого стоило отступить от стереотипов. ПРЯМАЯ РЕЧЬ Татьяна Захарова, начальник отдела общего, дошкольного и специального (коррекционного) образования министерства образования Сахалинской области: – К такой форме обучения, как экстернат, я отношусь очень хорошо. Правда, в нашем регионе его используют в основном юноши и девушки, которые по разным причинам не смогли получить среднее полное общее образование. Изредка встречаются случаи, когда способные ребята экстерном переходят из четвертого в шестой класс, из пятого – в седьмой. Для детей способных, с развитым интеллектом и большим объемом накопленных знаний такая возможность очень важна. Иногда необходимо перескочить через класс, чтобы не заскучать, не потерять мотивацию к учебе. Но при этом возникает и ряд сопутствующих социальных проблем. Ведь в этом случае ребенок попадает в класс, где учатся более старшие дети, и неизвестно, как между ними сложатся отношения. В центральных регионах России достаточно распространены случаи, когда на обучение экстерном переходят старшеклассники, не имеющие проблем с учебой. Как правило, это целеустремленные ребята, у которых есть желание проявить себя в какой-то определенной сфере: политике, спорте, архитектуре. Экстернат им нужен для того, чтобы углубиться в изучение определенных предметов, остальные осваивая на минимальном уровне. Это очень интересная форма обучения. Мы знаем много известных людей, которые заканчивали школу экстерном. Такая форма обучения высвобождает время для развития творческого, личностного. Домашнее обучение прекрасно тем, что ребенок получает больше внимания и заботы от родителей. Но экстернат с первого класса, по-моему, немного сужает горизонты для ребенка. Общение со сверстниками и школьными педагогами – это момент, который тоже очень многое дает для развития человека. Даже если родители водят ребенка на дополнительные занятия, там дети объединены общими интересами. А в школе разнородный коллектив, и ребенок учится общаться с детьми, имеющими разные интересы, из разных социальных групп. Мне кажется, с точки зрения психологии это очень важно. В младшем возрасте экстернат – это в основном выбор родителей, а не ребенка. Им кажется, что так лучше. Но как на самом деле – однозначно сказать трудно.   Автор: Евгения Шерешевская   РИА "Сахалин-Курилы"
Опубликовано: 22.02.2012 18:06	Автор: Евгения Шерешевская

Я бросила школу?! [Канада]

Личный опыт Канадской блогерши Сони, уехавшей из России в 5 летнем возрасте. Её твет на запросы читателей почему она перешла на домашнее обучение.

Мифы о Семейном обучении

Автор - чудесная мама , красивая женщина и замечательный психолог Елизавета Колобова

http://vetka0.livejournal.com/

Прежде чем я перейду к обещанным мифам и сказкам об обучении, небольшое лирическое отступление. В нашем мышлении крепко закреплено, что есть школа и есть жизнь. Во взрослом возрасте это переходит в понимание – есть работа, и есть жизнь (все, что вне работы). У некоторых это перерастает в абсурд – есть семья и есть жизнь. Знаете, когда я стала «свободным художником», отстаивая свое право не ходить в офис с 9 до 18, сложнее всего было понять, что нет этого разделения – есть Жизнь во всей полноте. И эта Жизнь включает в себя и семью, детей,  любимого, друзей, мое дело, увлечения, развлечения и прочее. От того, как я умею организовывать себя и зависит, насколько моя Жизнь будет полной и интересной. Я могу сесть работать в 9 утра, а могу в 12 ночи. Могу заниматься с детьми в 11 утра, а могу в шесть вечера, когда приехала с консультации. Я лью энергию туда, где это сейчас необходимо, а не по расписанию.

Так вот, давайте примем, как входные данные, что для ребенка Познание – это постоянный, непрекращающийся процесс, который не подвержен расписанию. И взрослому, который рядом с ним надо настроить свое мышление именно на то, что нет определенных часов, когда ребенок берет знания и навыки. Ребенок познает мир без расписания. Он готов брать много, остается только научиться нам, взрослым  давать.

Например, мы с детьми можем за ужином заговорить о том, какие экзотические блюда едят в разных странах, перейти в разговоре о том, что в блокаду Ленинграда ели крыс и кошек, принести нетбук и спросить у дяди Яндекса сколько длилась блокада Ленинграда (к моему стыду я не знала), прочитать письма, которые не пропустила цензура о том, что творилось в городе, патриотично понять, что мы – великий народ, который выиграл вторую мировую, потом пойти к карте и посмотреть где находится Санкт- Петербург и накопать данные о том, как его заложил Петр1. На это уйдет 20 минут, а то, что мы с огромным интересом «накопали» - это и история и окружающий мир и география. Или скажем, после просмотра фильма «Секрет», мои дети стали говорить о силе притяжения, мы стали обсуждать это, пошли к закону притяжения, обсудили, что физика, химия и прочие науки – это описание объективной реальности, которую человек познает через разные модели-описания и как законы физики работают в повседневной жизни. Потом пойти в обсуждение того, почему Луна не улетает от Земли, а Земля от Солнца. Залезли посмотреть, сколько планет у солнечной системы, как они называются и вспомнили анекдот про антоновку и Архимеда (надеюсь, все его знают).  Организация занятий нужна только для того, чтобы отработать навыки письма или заполнения тестов. Остальное дается в свободной форме и без расписания.

Учить детей очень интересно. Но при условии, что вам интересны дети, как личности. Если вам интересно смотреть, как работает их мышление, как они впитывают информацию и если вам, взрослым, уже не надо ничего себе доказывать и вы готовы перестать самоутверждаться за счет детей и реализовывать свои амбиции. То есть, если вы готовы подарить ребенку этот Мир.
Ну, а теперь к мифам.

Миф 1. Процесс обучения детей требует много времени ежедневно.
Может я и произвожу впечатление высокоорганизованного человека, но на самом деле, я жуткая раздолбайка.  Недавно, я купила себе ежедневник, чтобы упорядочить свою жизнь и стать, наконец, порядочной женщиной. Но беда в том, что сначала я забываю в него записывать, а потом забываю посмотреть то, что записала. Поэтому я не могу изо дня в день, регулярно и систематически делать что-то. Мне скучно. Но, ближе к делу.

Вот есть класс 20 человек разного уровня. Есть уровень «средний», есть «низкий», есть «высокий». По какой шкале? Ведь есть дети, которые  лучше воспринимают образное мышление, есть логики.  Есть дети, кому надо изобретать велосипед, чтобы понять его устройство, а есть те, кому достаточно дать пример алгоритма и они понимают как это устроено. Кого берем за норму? Кого объявляем «низким» уровнем? Понимаете, к чему я клоню? На кого ориентируется учитель, объясняя урок 45 минут?  Если есть цель донести материал до каждого ученика, то на одного ребенка идет чуть более двух минут объяснений. А теперь представьте, что вы тратите не 2 минуты, а 10 на своего ребенка, с учетом его особенностей и доносите материал теми словами и способами, которые он ПОНИМАЕТ. За 10 минут дать теорию и 15 минут отработать практику.  То есть ваш «урок» займет 25 минут. Начальная школа – это знание и навыки по следующим предметам: чтение, письмо, грамматика, математика, окружающий мир – 5 уроков по 25 минут – 2 часа. Столько времени уходит у родителей на выполнение домашнего задания с ребенком.
А теперь из практики. На то, чтобы пройти курс начальной школы ребенку надо заниматься 2-3 раза в неделю по 1,5 – 2 часа. Проверено! Но, я не занимаюсь всеми предметами в один день. У меня идет (например) математика и грамматика, а письмо и окружающий мир мы делаем в другой день. Поэтому в день мы занимаемся максимум час. Неужто, так трудно выкроить это время? Там встает как раз другая проблема – очень много свободного времени.

Миф 2. К занятиям с ребенком надо готовиться, разбираться в программе, знать методики и учебники.
На самом деле все методики – это просто инструменты, с помощью которых вы даете ребенку необходимые знания и навыки. Надо просто знать, что должен ребенок освоить за год. Для этого открываем любой учебник, купленный в ближайшем книжном магазине и смотрим, что надо знать к концу года, а КАК это давать – это чистой воды творчество. Ну, к примеру 1 класс, математика. Надо знать счет в пределах 100, сложение и вычитание, решать текстовые задачи на больше - меньше,  знать единицы измерения и переводить одно в другое. Так вот, все это можно дать в бытовых вещах (считаем деньги, конфеты, свой рост, продукты в объемах и килограммах), а на «занятиях» просто учить ребенка это записывать, чтобы «потом объяснить учителю в школе как ты это делаешь». Я не знаю, может кто и готовится к занятиям, я же никогда это не делаю. Я просто усложняю задания по мере того, как мы освоили предыдущий уровень.

А вот методики… Вот вы знаете, я ушла от всех методик. Я из одного учебника взяла одно, из другого другое, достала свои тренерские сборники задач на смекалку и получается что-то интересное. Поначалу, я бросилась в изучение разных методик. Например увлеклась Соболевой. У нее свежий взгляд на русский язык, интересные учебники. Первый класс мы прошли по «Фане», а вот второй не пошел. Я не могла понять, почему. А потом «старшие товарищи» мне подсказали, что для Пашки с его рассудительностью и развитостью не по годам , сюсюканье не подходит. Мы взяли грамматику, где есть правила и тексты, куда надо просто вставлять буквы, а письмо вообще вынесли в отдельный блок и дело пошло.  Я хочу что сказать, что надо родителю видеть цели обучения, а как дать материал, это дело второе, к методикам не имеющее никакого отношения.

Миф 3. Непрофессионал не сможет дать ребенку такие предметы, как физика, химия, литература и прочее.
Основная задача учителя в начальной школе – это научить ребенка учиться. То есть показать ему, как добывать знания, где брать информацию, как работать с этой информацией и как ее адекватно доносить до другого человека. К 5 классу ребенок уже сам должен уметь работать с учебниками, брать дополнительные материалы в книгах и инете, нарывать «интересные факты» и с жаром рассказывать о том, что он узнал. Я понимаю, что для людей, которые учились в школе и у которых сейчас в школе учатся дети, это картинка из ряда фантастики. Но ребенок, которому интересно учиться, это может.

Ну, к примеру. Мой старший сидит и делает на компьютере клип по биологии. Накачал картинок и структурирует животных по видам: простейшие, беспозвоночные и так до млекопитающих и человека. Сам по собственной инициативе. Ему прикольно так усваивать материал. Ко мне обратился только за советом – какую музыку взять. Сели с ним, скачали в инете «В мире животных». Сделал очень даже хорошую презентацию. Он доволен. Я почти не вмешиваюсь  в процесс обучения старшего. Моя задача следить за тем, что он должен взять за год. Поэтому я только иногда делаю «контрольные опросы». Ну, к примеру могу спросить «в какой последовательности были открыты материки европейцами». Вы знаете? Я вот тоже не знала, пока мой ребенок мне не рассказал.))) Он же (старший), иногда помогает мне в обучении младшего. Если я уезжаю, я даю задание что надо сделать и прошу Сашку объяснить Пашке какой- то материал. Не всегда у них получается сделать это мирно и без потерь, но они стараются. Но это уже другая история.

Миф 4. При семейном обучении женщина должна полностью посвятить себя ребенку, отказаться от своей жизни и карьеры в пользу ребенка.
Я глубоко убеждена, что женщина, которой неинтересна собственная жизнь, у которой нет своих увлечений, стремлений и желаний, никогда не сможет быть интересна своему окружению, в том числе и собственным детям. Я лично не готова положить себя на жертвенный камень образа «хорошей матери» и отказаться от своей личной жизни и профессиональной самореализации. Как же это совместить? На первый взгляд – это вещи несовместимые. Но тут дело вот в чем. Ребенку надо знать «куда» учиться. То есть он должен понимать, что знания и навыки ему пригодятся во взрослой жизни. А эта «взрослая жизнь» должна быть интересной, увлекательной, полной драйва, приключений, денег и возможностей. И он должен регулярно такую жизнь наблюдать. У кого? Правильно! У своих родителей. Поэтому, еще раз повторюсь, что воспитание детей начинается с самовоспитания. Родители задают ту планку, к которой надо стремиться. И именно они показывают ребенку, как организовать свою жизнь так, чтобы в ней всем хватало места и внимания.

Миф 5.  Ребенок, который не ходит в школу не научится дисциплине, не научится рано вставать, распределять свое время.
Вот я очень люблю поспать. Я вообще сова и при первой же возможности буду спать до 12 часов, а то и позже. Когда я работала в офисе, я всегда опаздывала на работу. Помню, это состояние, когда едешь в метро и досыпаешь стоя, держась за поручень. Но работать я начинала после двух часов и могла уйти в ночь. Слава богу, я больше не работаю в офисе. Сейчас, когда мне надо, я могу встать и в 6 утра и в 9. Я долго училась самодисциплине – понять, что организация времени нужна мне и только мне. Вы думаете это просто? Человеку, который привык к погоняле делать что-то только по самомотивации  сложно. Это навык, который воспитывается постепенно.

Мои дети, как и я встают поздно, когда в «нормальных» школах начинается второй (а то и третий) урок. Когда-то я волновалась, что я делаю что-то не то, позволяя им это. Окружение подогревало мои страхи. Потом я решила просто пронаблюдать, что получится. К чему приводит принудительный режим я знаю и решила, что посадить их на это я всегда успею. А вот что будет, если я этого делать не буду? Получилось очень интересно. Когда им надо, они просыпаются до будильника и будят меня. Сейчас старший два раза в неделю ездит к Чапковскому. Занятия начинаются в 11, но ему нравится приезжать на час раньше. Он там завтракает, покупает кофе с шоколадкой, общается. Он сам встает в 7 утра, неспешно собирается, а меня будит только перед самым уходом, чтобы я встала и поцеловала его, провожая. Есть только одно ограничение – я загоняю их в постель в 23-00, потому что мне хочется побыть в тишине, покое и посвятить время себе, любимой. Они это знают и уважают мое требование. Но это не «режим», а моя потребность.

Миф 6. Ребенок на семейном обучении не будет развит разносторонне. В школе даются такие предметы, как изо, физкультура, москвоведение, труд и т. д. Родители не обладающие этими талантами лишают ребенка возможности развиваться.
У ребенка на семейке появляется много свободного времени и желаний. Они не устают как школьники и у них остается много сил на то, чтобы «хотеть». Мой детеныш зажимает пальчики и считает: «Хочу на брейк-данс, на скалолазание, на рисование, на стрельбу, на йогу и на гитаре играть хочу», а я хватаюсь за кошелек и думаю: «Вот блин! Надо больше зарабатывать!» А ему объясняю, что придется выбирать, потому что в неделе только 7 дней, а занятия идут по 2 раза в неделю. То есть у ребенка на семейке есть возможность попробовать себя в разных областях, были бы деньги и возможность организовать посещение. На кружки может водить и няня. Сашка у меня уже ездит везде сам, поэтому с ним легче. А вот Пашку я еще вожу, но справедливости ради, надо сказать, что он меня попросил найти ему только лепку. Я нашла ему студию художественной керамики раз в неделю. До этого он постоянно что-то резал, рисовал и лепил дома и на мои предложения найти ему что-то, отказывался. Кроме того, он плохо физически развит. Думаю, что в школе у него по физкультуре были бы тройки и двойки. Меня все гнобили, что надо ребенка отдать на борьбу или в бассейн. Я подумала, что это неправильно – показывать ему его слабости. В борьбе он точно будет всегда на лопатках, а воды он боится. Я решила, что надо думать в эту сторону только тогда, когда он станет более физически вынослив и у него появится в этом потребность. В конце концов, умные мужчины в моем мире ценятся не меньше, чем сильные. А если он будет осознавать свою силу и будет уверен в себе, то нарастить мышцы он сможет, как только увидит, что «девочкам это нравится». Вобщем, я забила на это. Хотя нет. Мы немного походи на йогу. В какой-то момент, он стал делать по утрам зарядку, отжиматься. Учился бегать на улице и скакать. Сейчас он уже развит значительно лучше, спокойно садится в позу лотоса и делает какие-то невероятные акробатические упражнения. Видимо, время пришло, что-то там у него в мозгу развилось и он сам стал что-то делать в эту сторону.

Миф 7. Ребенок, который не посещает школу, будет чувствовать себя ненормальным, изгоем, не таким как все и это повлияет на его общение с окружением и дальнейшую жизнь.
Когда меня впервые спросили об этом, я посмеялась. Мы так хотим быть не такими как все и так этого боимся. Но дело даже не в этом. Дело в том, как родители будут воспринимать то, что они «не как все». Возведут ли они это в эпатаж, борьбу или будут стесняться этого? Я лично, воспринимаю то, что мы учимся на семейке, как степень свободы и выбора. Во-первых, мы «учимся» в школе, прикреплены к госсистеме и сдаем аттестации регулярно. Во-вторых, мне повезло и у меня есть возможность организовать этот процесс. А значит, мы не лучше и не хуже других. Просто мы ТАК живем. Если родители чувствуют свою нормальность и дают ребенку адекватные объяснения, то и ребенок чувствует свою нормальность и готов всем объяснить, почему у него вот так.

Однажды, мне позвонила знакомая. Она разводилась с мужем и жаловалась, что ребенок сильно переживает развод, и у него начался невроз. «Я смотрю на него и вижу, что он страдает. Знаю, как тяжело расти без отца и что его ждет.» «Надо же…» - ответила я – «Вот когда я смотрю на своих детей, я думаю, что растет Ломоносов или Эйнштейн, ну Зайцев, на худой конец, и они мне отвечают расцветающими талантами. А когда смотрят на ребенка, априори как на страдальца, не удивительно, что у него расцветает невроз! Мне никогда не приходило в голову, что у меня дети ущербные только из-за того, что мы с их отцом развелись». Понимаете, к чему я? К тому, что все начинается с родительской головы и ваши мысли формируют реальность, в которой живет ребенок.


Миф 8. Ребенок, который не учится в школе не сможет сдать ЕГ, так как его специально не готовили.
Это очень интересная тема. Цель ЕГ какая? Сдать или показать свои знания? Если просто сдать, то детей натаскивают на определенные вопросы и темы, создавая стрессовую ситуацию и нагнетая страхи. Если показать свои знания, то сначала эти знания надо получить в том виде, который будет интересен и понятен ребенку. А вот уже отформатировать эти знания под тесты ЕГ – это навык адекватности и умения доносить свои знания до другого, которому ребенок учится в течении обучения на семейке постоянно.

Миф 9. Ребенок, который не учится в школе, не сможет нормально социализироваться.
Ну, про это я много писала. Скажу кратко. Ребенок общается во дворе и в кружках. Только там общение а) добровольное  б) целевое и в) в том социальном слое, который соответствует вашему уровню

"Не для слабонервных"

 Перевод мой, так что, не судите строго. 

 "Не для слабонервных"

Мария Лоу, 53года.
Убежденная мама хоумскулеров из Новой Зеландии,  говорит, что  выбор домашнего обучения не для слабонервных и является финансовым самоубийством.
У вас практически нет времени для себя. Зато есть много нападок  от других родителей. Вы должны любить своих детей, потому что они приклеены к вам 24/7.
Но она не могла бы по-другому, хотя  признает, что этот путь не для всех.

Мария смотрит на годы, когда она была мамой хоумскулеров и говорит, что они были лучшими в её жизни. 

Ее двое детей уже выросли и покинули дом. Но повсюду она показывает  их фографии. Дочь Лидия, ей 21год, счастливо улыбается.  23х летний Себастьян, выглядывает из за виолончели на плакате посвященном мероприятию по сбору средств, для  его обучения  в Норвегии.
На прошлой неделе, Мария попрощались с Себастьяном, сбор средств прошел успешно. А Лидия теперь учится на степень магистра зоологии в университете Массей в Палмерстон-Норт.
Как  мама, она может быть и  хотела, что бы  они всегда оставались  дома , но  все же рассматривает  их путь как свидетельство собственного успеха."Я никогда не была из тех  родителей, которые хотят отправить своего ребенка в школу в 5лет , или мечтают чтобы поскорее избавиться от него, но  всегда знала , что отпущу их , когда они сами будут готовы. Как родитель, я  не могла бы сделать хорошую работу если бы  они не чувствовали, что  могут уйти.»
И нет никаких сомнений, что она все сделала хорошо. Люди часто говорят , как ей повезло иметь таких хороших детей. А она говорит о том как много работы было "за кулисами".
 
Прежде чем прийти к домашнему обучению,  Мария была  учителем младших классов с девятилетним опытом. Отдав Себастьяна в Монтессори детский сад, в Австралии, она была впечатлена философией преподавания . И решила сама стать Монтессори педагогом. Но по возвращении  в Новую Зеландию, в Гамильтон, с готовым к школе Себастьяном,  не нашла там ничего подобного. 

Идти ли в школу?
Мария рассказывает о своих сомнениях  которые были перед принятием решения о домашнем обучении. Вспоминает как  разговаривала с мужем Дэвидом, который верил в ее способности как педагога и был ЗА  обучение детей дома. Конечно, были жертвы, например потеря дохода "Это финансовое самоубийство, потому что вы не приносите денег, как второй родитель». 
Также она с удивлением обнаружила, что чужие люди могут быть "довольно жестоки и резки", обвиняя ее в том, "что они не готовят своих детей к реальному миру". - "Внезапно все стали экспертами в образовании". Другие родители говорили: «Если местная школа  хороша  для наших детей, то почему она не достаточно хороша для ваших?"
Продавцы  удивлялись, видя их днем и  спрашивали "Не должны ли дети быть в школе?"
"Каждый критик  делал меня более решительной" - говорит Мария. Ее мягкий, вежливый голос становится суровым, когда она защищает домашнее обучение.
"Я чувствовала, что то, что мы делали, было правильно для нашей семьи. Я никогда,  не выступала за домашнее обучение для всех. И  конечно, не смотрю свысока на тех, кто решил отправить своих детей в школу, потому что это личное дело каждого.
Иногда устав от нападок и расспросов я отвечала - Я не задаю вопросов о том, куда вы отправляете  своих детей, так почему вы думаете, что вы имеете право допрашивать меня? "

Министерство образования не приводит никаких данных о достижении хоумскулеров, после обучения, но Мария говорит, что не по наслышке знает об их  успехах ."Среди них много юристов, дизайнеров, строителей.  И кем бы они ни были, они все прекрасные, достойные люди. Её собственные дети, добавляет она, прекрасное тому подтверждение. Вы найдете очень, очень хороших друзей в моих детях".
 
Последние 18 месяцев Мария борется с раком молочной железы и пока неизвестно, даст ли  лечение хороший результат.
Несмотря на это она всегда в хорошем расположении духа, всегда улыбается , у нее милые ямочки на щеках.  Мария хочет только одного. - "Я хочу увидеть  Себастьяна  через два или три года, и мою дочь. Я хочу быть там,  с ними, чтобы посмотреть на конечный результат всей этой тяжелой работы  Когда вы начинаете со своими детьми, и они открываются, как цветы,  тогда вы просто хотите посмотреть, что они сделают со своим миром.".

 AIMIE CRONIN

In a class of their own

Оригинал тут   © Fairfax NZ news